Мне бы хотелось, чтоб ты чувствовал мою бессоницу - как я
ворочаюсь на постели, роняя на синие простыни сигаретный пепел,
как слоняюсь по углам квартиры, теребя пуговицы твоей рубашки,
как, срываясь то на плач, то на истеричный хохот пишу стихи, как
провожаю красными, опухшими глазами холодные летние ночи и
встречаю осенние рассветы легким ознобом.
Мне бы хотелось больше не слышать своего имени, произносимого не
тобой. Оно больно режет слух и кромсает сердце, когда не слышно в
голосе зовущего меня твоих интонаций, тембра, нежности...
Мне бы хотелось тепла и заботы, хотелось бы научиться дарить себя
тебе. Безвозмездно. Без остатка растворяться, как белый порошок в
крови любимого, а потом будоражить ум и сердце.
Мне бы хотелось, чтоб ты меня выбрал. Из сотен. Из тысяч. Из
миллионов. Меня. Вот такую незатейливую, немного странную,
уютную, ласковую и с багажом из прошлого.
Мне бы хотелось, чтоб сейчас ты проснулся, прошлепал бы, сонный,
на кухню, зная, что я наверняка там - строчу свои истории, окинул
бы меня ироничным, но полным любви взглядом, закурил бы свой
Мальборо и сел напротив. Не проронил не слова, читал бы то, что я
пишу по моим губам и думал, что у меня голова не на месте. А
потом сказал бы, что бросишь меня, если я сейчас же не пойду
согревать постель.
Мне бы хотелось утром встать пораньше и поймать твой сон за его
тень. Оставить его тебе как гарант, что ты никуда не уйдешь от
меня, и мы все утро будем нежиться в объятиях друг друга, забыв
про отсчитывающие жизнь часы.
Мне бы хотелось, чтоб я в твоих глазах была хрупкой и ранимой.
Хотелось бы, чтоб ты берег меня от мира и заслонял собою от всех
бед, боясь сломать хрустальную нить, что сокрыта под слоями кожи,
потоками крови и пульсирующей мышцой.
Мне бы хотелось, чтоб тело мое не могло согреться в чужих руках,
не плавилось от чужих поцелуев, не трепетало, заключенное в чужое
сердце. Чтоб не оскверняли твой храм чужие тела, не наполняли
твоего сосуда своим семенем, не насыщались бы разумом, что так
проникновенно грезит одним лишь тобой.
